История вторая. Школа…

Школы бывают разные. Есть обычные, “среднестатистические”, не шибко хорошие, но и не совсем плохие. Есть элитные, “не для всех”, с полным набором соответствующей статусу атрибутики. Есть и некогда пользовавшиеся заслуженным авторитетом, а ныне являющиеся бледной тенью себя самих. Каждая из них осенью принимает в свои ряды  первоклассников, а летом – выпускает “в большую жизнь” подросшее поколение… Районы, в которых такие школы находятся, естественно, комплексно разнятся; в той же мере порой различается и социальный статус детей. Но общие проблемы, с которыми неизбежно сталкивается любое школьное бытие, довольно типичны. Контингент учащихся стал со временем стремительно интеллектуально деградировать, преподавательский состав меняется, да и отношение учителей к своей профессиональной деятельности начало далеко не всегда соответствовать ранее существовавшим критериям. Все это наслоилось на “мудрую политику” федерального образовательного ведомства, по моему глубокому убеждению, способствующую превращению российских школьников в площадное быдло, – и вот мы получили то, что имеем сейчас.
Учитель… В кои-то веки для школьника – почти святость, “вторые родители” в едином лице. Человек, внушавший безусловное уважение, непререкаемый (ну за очень-очень редким исключением) авторитет. В те времена, когда я сам обучался в школе, статус учителя требовал почитания, невозможно было представить себе такое, чтобы преподаватель становился с учащимися на одну ступеньку, заигрывал с ними и панибратствовал. Редко когда более тесные взаимоотношения, которые можно было назвать товарищескими, наблюдались между молодыми педагогами и учащимися выпускных классов, но это вполне объяснимо. И даже в этом случае учитель всегда оставался учителем, без каких-либо оговорок. Что же сейчас? А сейчас, за исключением, пожалуй, младших классов, учителя зачастую не ставят ни в грош. Проявляется это и в дисциплине на уроках, и в словесных эпитетах, коими педагога “награждают”, и в разговорах между учениками. Вот и пример: то пересмеиваются между собой, что директор сделала подтяжку лица, то обсуждают, что этот с перепоя появился на уроке, у этой кавалеры каждый день разные, а вот от той воняет, как от давно не чищеной пепельницы, и т.д. Извечный русский вопрос – кто виноват? Да все виноваты, каждый по-своему. И папа с мамой, которые не воспитали свое обожаемое (а может, вовсе не обожаемое, а воспринимаемое досадным недоразумением) чадо, и сами дети, в силу разных причин (недостатки воспитания, предоставление самим себе, интеллектуальная ущербность, доступность ранее запретного в СМИ и т.п.) игнорирующие элементарные, принятые в цивилизованном обществе правила приличия… Смею утверждать – немалая доля вины в этом лежит и на учителях тоже: очень часто подобное к себе отношение они сами же и провоцируют. Никто не отменял целого ряда “табу”, отграничивающих учителя от простого человека с улицы: норм поведения, внешнего вида, определенной степени закрытости личной информации. Неужели нельзя воздержаться, допустим, от курения, пока находишься в школе? К курящим женщинам это особенно имеет отношение, поскольку учительница с сигаретой в зубах значительно чаще, чем учитель-мужчина, вызывает неодобрение школьников.
Многие дети уже умеют пользоваться компьютерами. В последнее время стало модно “сидеть в социальных сетях”. И стар, и млад переписывается, делится фотографиями, своими и не очень, играет в “онлайн-игрушки”, смотрит видеоролики… И вот представьте себе ситуацию. Начинает школьник “рыться” по поиску в такой вот соцсети, находит там свою учительницу, и… его взору предстает “училка” во всех ракурсах, в одежде и почти без (хорошо хоть не “ню”!). И как к ней после этого относиться с почтением?! О каком “статусе педагога”, о каком “имидже” можно говорить? Понятно, что “не хочешь – не смотри”, но публичному человеку (если только это не какая-нибудь Волочкова и ей подобные, кому только того и надо), которого каждый день видят десятки детей, а по паре-тройке раз в четверть – и родители, хорошо бы все-таки “прикрыться”. И потом – пока ребенок “этим” не интересуется, подобный вид может вызвать только насмешку и стать предметом сплетен, но в определенный момент времени ученики мужского пола начнут воспринимать ее и как женщину тоже!
Или другой пример: учительница приходит на уроки в таком виде, что невольно начинаешь думать: а куда ты попал? Не просто глубокое, а прямо-таки глубочайшее декольте, мини-юбка, заканчивающаяся значительно раньше, чем начинаются ноги… Никакого труда не составляет разглядеть то, что уважающая себя и других женщина (пусть даже и молодая) должна скрывать от посторонних глаз. “Униформа” скорее подходит для представительниц древней профессии, чем для учителя. Или что же это – “наглядное пособие по анатомии” перед глазами? Так анатомию аж в девятом классе проходят, между прочим…
Странный способ обучения… Да и обучения – чему?
Особая категория учителей – те, кто обременен классным руководством. Таких мы в свое время называли “классной мамой” или “классным папой”. Роль их в учебной жизни трудно было переоценить. Кем только они ни бывали – и “вторыми родителями” (особенно когда у ребенка что-то не ладилось в семье), и “участковыми милиционерами” (когда хулиганистое дитя прогуливало уроки, стреляло по голубям из рогатки или обижало младшеклассников), и “духовными наставниками” (например, это очень помогало одаренным детям, к которым нужно формировать особое отношение, и которые частенько в общей серой массе, увы, становились нелюбимыми социумом “белыми воронами”)… В общем, классный руководитель во все времена знал все не только о детях, но и об обстановке дома, о родителях, об увлечениях школьника. Положа руку на сердце, и должен был знать! Надбавка за классное руководство для того и существовала, чтобы в некотором роде компенсировать дополнительную нагрузку, ложащуюся на плечи учителя.
Что же сейчас? А сейчас порой бывает так, что классный руководитель и родителей-то не всех знает по имени-отчеству, что уж там говорить о домашнем микроклимате, наклонностях, пристрастиях… А еще проще для него (или нее) даже при попытках тех же родителей выйти на контакт отвечать: “Это не мой вопрос”, “У меня мало времени”, “Меня это не интересует”. Как может у классного руководителя не хватать времени на то, за что (или за кого) он в определенной степени несет ответственность? Это называется “докатились”…
Еще хуже, когда подобным недугом начинают заболевать учителя начальных классов. Во все времена для детишек-младшеклассников такой учитель был вторым по авторитету после родителей. Иногда, помню, дети даже путались и называли свою первую учительницу мамой… А сейчас порой наблюдаешь безрадостную картину, когда учителю начальных классов тоже все равно, контакты с родителями поддерживаются плохо, индивидуальность каждого ребенка – это вообще не рассматривается… И уж совсем плохо, когда начинает претворяться в жизнь принцип “разделяй и властвуй”: выделение в “авторитеты” хулиганистых детей, прилюдное наклеивание ярлыков типа “придурок”, “ябеда”, “болтун”, игнорирование выяснений отношений между детьми (а подчас и прямое им потворствование)…
Как говаривал в свое время писатель-сатирик Михаил Задорнов (воспроизведу не очень близко к тексту), “вахтер – это не профессия, это образ жизни, который подразумевает возможность кого-то куда-то не пускать”. Думаете, в школе нет таких “вахтеров”? Ошибаетесь! И дело не только в собственно вахтерах, там есть и другие подходящие под меткое задорновское определение персонажи! Школьная медсестра, например…
В обязанности школьной медсестры (укрупнено) входит контроль состояния здоровья учащихся, проведение профилактических прививок, медосмотров (с привлечением сторонних специалистов), а также оказание оперативной медпомощи, если, не дай Бог, с ребенком что-то стрясется (всадит, например, занозу в мягкое место или пересчитает им же ступени на лестнице). Прививки – это ладно, “укололся и забылся”. Но есть еще одно страшное слово, возведенное в ранг не обсуждаемого абсолюта – Манту!! Тут в качестве “Отче наш” выступает распоряжение Главсанврача России об обязательности постановки этой пробы, да еще сей эскулап не преминул погрозить пальчиком – дескать, рекомендую не пущать в учреждения учебные тех злобных отступников и богохульников, кто посмел на святое посягнуть. Медсестра рада до умиления: вот она, Медуза Горгона, которую можно показать наивным детям, а заодно и их родителям, которые кое-что соображают в сути вопроса!  Да вот беда-то: входит в клинч сей манускрипт с общефедеральными Законами, гласящими о праве на отказ от медицинского вмешательства, а заодно и об обязательном согласии законных представителей несовершеннолетних при проведении в их отношении противотуберкулезных мероприятий. Ай-яй-яй, незадача-то! И оказывается в результате медсестра в совершенно дурацком положении. Вроде как, хочется и власть показать, а оснований нету. И начинается в бессильной злобе шантаж: “В школу не пущу”, “Справку не выдам”, – в общем, то, что в определенных кругах именуется “дешевым разводом”. А как же – любому прыщу на ровном месте хочется показать свою силу и значимость, без этого никак! Многие пасуют, начинают бегать с детьми по диспансерам, сами выстаивают часовые очереди на флюорографию или рентген, снова с пухлой пачкой документов, анализов, снимков – то туда, то сюда… А те, у кого хватает ума ткнуть носом таких “царьков своего кабинета”, становятся, естественно, бельмом на глазу, получают славу “скандалистов”, “кляузников”, да еще и школьная администрация может негласно скомандовать педагогам “Фас!”, благо всегда найдется к чему придраться, идеальных учеников ныне днем с огнем не сыщещь…
Как-то от медицины хочется перейти снова к педагогике и психологии. Команду “Фас!”, о которой я упомянул, учитель может дать и сам себе. Причин хватает. Или ведет себя ребенок отвратительно, вызывающе, уроки срывает. Или откровенно лоботрясничает, недоучивает. Или же, наоборот, в какой-то момент показал себя умнее учителя (а бывает и такое, даже бывает, что это на самом деле так!). В общем, “проштрафился” ученик – и небольшого ума и профессионализма педагог начинает его “цеплять”, по поводу и без оного. Способов “завалить” предостаточно, было бы желание. Это и искусственное занижение оценок, и придирки в части поведения и прилежания, и повышенная требовательность. В диалоге с родителями у учителя теперь оказывается оружие, по мощности сродни ядерному: “А что вы его защищаете, у него пробелы в знаниях, он ужасно себя ведет, вот посмотрите – двойка, замечание!”… Противостоять этому, если только не имеешь убеждения в необъективности, чрезвычайно тяжело. А еще тяжелее – когда твое же горячо защищаемое чадо само своим поведением “подводит тебя под монастырь”.
- На урок опаздывал?
- Опаздывал.
- Домашнюю работу не сделал?
- Не сделал.
- На уроке разговаривал?
- Да, разговаривал.
Вот и крыть теперь уже нечем…
Почему все так жестко? Да потому, что очень часто учителя нынешние совершенно не умеют (а порой и не хотят) управлять классом. Им лень разбираться, кто прав, кто виноват, им денежки за это не платят. Да и “неоценимая помощь” классного руководителя (“А ко мне какие вопросы?”) тут как раз приходится кстати. Вот и получается, что контроль дисциплины превращается в фикцию, а раз дисциплину не контролируют, то на черта ее соблюдать в таком разе? И все нарастает, как снежный ком, а потом учителя заламывают руки – ах, что за дети, уроки срывают, по классу ходят… А иногда бы и в зеркало не мешало поглядеться.
Нет возражений – если родители не научили свое чадо, как надо вести себя в обществе, редко какой посторонний человек способен его приструнить. Тут снова вопрос об утраченном статусе учителя (помню, на уроках математики в школе мы даже шепотом боялись между собой разговаривать – но учительницу нашу уважали безгранично, хотя и откровенно побаивались). А в общем и целом – проблема поведения детей в школе в превалирующей степени зависит от отношения к этому вопросу родителей. Если интеллект родителей и их общее развитие находятся где-то в районе плинтуса, если родители при ребенке обсуждают учителей, если дома царят пьянство, разборки и мат, то вряд ли ребенок приобретет какие-либо положительные навыки. Я не призываю повально использовать в качестве меры воспитательного воздействия “кожаного друга мягкого места”, есть и иные, не менее эффективные меры, но в отношении некоторых ремень очень и очень даже полезен.
В каждом классе есть определенные “дестабилизирующие элементы”. Если их один-два, а класс дружен и сплочен, то шансов проявить себя у таких возмутителей спокойствия немного – общество само их отторгнет, а наличие болеющего за класс классного руководителя и оперативная реакция школьной администрации станет гарантией отсутствия проблем. Беда – когда хулиганья много, а в классе есть прослойка, которую можно назвать “болотом”, – вялые, безынициативные дети, которым все равно, что вокруг происходит.  Вот тут эти “Мишки Квакины” расцветают пышным цветом! Хуже того, психологически неустойчивые дети, не приученные позиционировать себя как личности, даже те, кто раньше неплохо учился и к кому не было претензий по поведению, сами скатываются в ту же зловонную лужу, а порой и становятся зачинщиками “беспорядка”. Здесь уже без “хирургического вмешательства” со стороны учителей, родителей и школьной администрации не обойтись никак. Другое дело – не получилось бы по Маяковскому: “поговорили и бросили”. Сначала звучат красивые лозунги – “покончить, запретить, навести порядок, вызвать родителей”, – а потом все постепенно сходит на нет, остаются лишь колебания воздуха от некогда размахиваемых рук и “правильных” речей.
Очень важный момент – отношение учителя к ученикам как к личностям. Да-да, я не преувеличиваю! Даже у сопливого первоклашки имеются задатки личности, задача состоит только в том, чтобы дать этим задаткам правильный вектор развития. И не только родители должны этим заниматься! Очень часто ребенок лучше может воспринять мнение чужого человека, а уж если назначение этого человека – учить, – то и подавно. Увы, все чаще наши учителя (и начальных классов тоже) предпочитают идти по более простому пути: “причесывания” детей под одну гребенку, а на какие-то индивидуальные качества каждого ребенка в отдельности можно и не обращать внимания. Не развивается ребенок как личность – не беда, зато себе меньше головной боли: пусть лучше дети подстраиваются под усредненные критерии, чем учитывать особенности всех и каждого. Играет на скрипке, хорошо рисует, пишет пусть простенькие, но уже стишки, здорово гоняет в футбол – это его трудности, к школе это не имеет никакого отношения, – вот как теперь, увы, мыслят очень многие, с позволения сказать, “педагоги”… Помню, когда сам учился в начальных классах, наша учительница всячески поощряла мои увлечения рисованием, музыкой: и стенгазету оформить, и на классном новогоднем празднике на пианино поиграть – пожалуйста, только покажи себя! И показывал…
Да, увы, школа нынешняя отличается от школы, как теперь говорят, “советских времен”, слишком уж радикально – и далеко не всегда в лучшую сторону. Быть может, и появились какие-то “новые подходы” к процессу обучения, произошли какие-то изменения в программе, но пока не ощущается, что в лучшую сторону изменился “конечный продукт” школьного обучения – выпускники. В наше время, если человек хотел учиться, то даже после окончания “средненькой” школы он был готовым для дальнейшей жизни, в том числе, обучения в вузе. Уж по крайней мере человек выходил из школы довольно развитым в разных областях. А сейчас мы зачастую имеем сырой полуфабрикат, имеющий некое подобие знаний только в узкой области их применения, в остальном же – подчас абсолютный ноль. У такого не спросишь дату Куликовской битвы (если только он не собирается на исторический факультет), такой не знает, кто такой Айвазовский (если только это не потенциальный абитуриент архитектурного института), и ему совершенно невдомек, когда Ломоносов открыл существование атмосферы на Венере (да и кто такой, собственно, Ломоносов?)…
И… Уважаемые учителя, давайте все же поделим друг с другом ответственность за то, чтобы наши дети (и ваши ученики) не выросли моральными уродами и тупым быдлом, как бы некоторым из вас ни хотелось сказать на это: “А я тут причем?”. Очень даже причем! Дать ребенку знания – это не только ваша привилегия, но еще и обязанность. А знаний не будет без соответствующей атмосферы в классах и без соответствующего отношения к детям. Не бывает абсолютно во всем плохих детей, как бы иные из вас ни старались утверждать. Просто к каждому можно (а подчас и нужно) найти подход. Да, есть совершенно несносные и неисправимые дети, родители которых совершенно не хотят ничего предпринимать для приведения их в человеческий облик. Но приблизьте к себе остальных, научите их говорить на одном с вами языке, заставьте их смотреть в одну с вами сторону – и уверен, они отплатят вам той же монетой.

Все, о чем здесь говорилось, записано на основе наблюдений и рассказов разных людей. Кому не надо – тот не поймет, о чем и о ком здесь речь. А кто узнает себя – значит, зеркало не пыльное.

И еще. Дабы не порождать разговоры о “предвзятости”, “голословности” и прочем, приведу свой “послужной список” в данном контексте. Учился в школе блестяще, окончил ее с медалью, имея лишь одну четверку по труду, параллельно получив среднее специальное музыкальное образование, с 1993 по 1995 годы преподавал в техникуме, а позже, по 2001 год включительно, – готовил абитуриентов по физике к поступлению в вузы. Мать – преподаватель русского языка и литературы с более чем 40-летним стажем. Так что знаю, о чем и о ком говорю…